Мэр Москвы Юрий Лужков заявил во вторник в эфире телеканала ТВЦ, что сгоревшее в начале января здание в Царицыно было не "Дачей Муромцева", а бараком и назвал разговоры по поводу "утраченного объекта культурного наследия" спекуляцией.

Как сообщает "Интерфакс", Лужков отметил, что "Дачи Муромцева", на которой произошел пожар в начале этого года, фактически нет в российской столице уже несколько десятилетий. По его словам, дача председателя первой Государственной думы Сергея Муромцева была построена в начале XX века. Однако во время Великой Отечественной войны рядом с ней разорвалась авиационная бомба, в результате чего строение серьезно пострадало. Затем в 1960-е годы после полного разбора дачи на ее месте был построен барак, в котором жили горожане до 1996 года.

"Потом власти приняли решение о переселении всех жильцов, они получили квартиры. Но поскольку это Царицыно, власти барак не разобрали, люди стали вторично пользоваться этим строением и утверждают, что живут в нем. Но у них есть другие квартиры, предоставленные городом", - сказал Лужков. В свое время жильцов дома обвинили в самозахвате.

"Я с сожалением наблюдал за тем, что определенные люди, которые считают себя оберегателями архитектурных ценностей, до сих пор поддерживают вопрос вокруг сгоревшей так называемой "Дачи Муромцева", - сказал мэр.

Ранее в Москомнаследия ткже заявили, что "барак" не имеет культурной ценности, а про защитников этого места сказали так: "Для некоторых это еще и излюбленный и доступный плацдарм для разного рода инсинуаций и сомнительных интерпретаций, на котором можно быстро обзавестись громкой славой ревнителя старины. Таких примеров уже было много, но ситуация с так называемой "дачей С.Н.Муромцева" выделяется среди них отсутствием изобретательности и полной безосновательностью требований. Однако все это не имеет даже косвенного отношения к защите памятников"

Эксперты в ответ заявили: "Ни в одном интервью, ни в одном заявлении никто из защитников этого места не говорил, что сгоревший дом - та самая дача Муромцева". Речь идет о другом. Именно тот барак, на ничтожности которого в качестве культурного места настаивают московские власти, связан с судьбой знаменитого писателя Венедикта Ерофеева. Писатель жил там некоторое время, там написал эссе "Василий Розанов глазами эксцентрика".

В дом, украшенный до пожара табличкой – "Здесь был Ерофеев", писатель впервые пришел в 1973 году.

Во время реконструкции дома на чердаке и в подвале были найдены старинные книги и пищущие машинки, принадлежавшие Муромцеву. Все это бережно хранилось, пока не был создан краеведческий музей, для которого освободили одну из квартир. Раритеты Муромцева – это лишь часть экспонатов музея. В доме часто бывали художники, поэты, литераторы. Здесь издавался толстый самиздатовский журнал "Вече".

Литературный музей признал существование народного музея Ерофеева.

"Архнадзор" настаивает на срочном рассмотрении своей заявки о признании за этим местом статуса достопримечательного места и о том, чтобы этот уникальный дом и музей были восстановлены.

Защитники дачи Муромцева подозревают, что "заявления Лужкова и Москомнаследия позволяют сделать вывод, что для них народный писатель Венедикт Ерофеев не является значимым российским писателем, а та настойчивость, с которой продолжаются попытки уничтожить это место, говорит о страхе, который испытывает московская власть по отношению ко всему, что связано с проявлением свободы".